Грейс и Джексон, ещё совсем молодые, оставили шумный Нью-Йорк позади. Их новый адрес — старый, фамильный дом Джексона, затерянный среди полей и лесов. Сначала всё казалось началом новой, спокойной главы. Но после рождения малыша что-то изменилось. Обычная суета, недосып, тишина за окном вместо городского гула. Общие темы для разговоров как-то незаметно иссякли.
Джексон стал пропадать. Сначала под предлогом мелких подработок в округе, потом — всё дальше и на более долгие сроки. Дом, который должен был стать их гнездом, для Грейс превратился в огромную, тихую клетку. Она целыми днями одна с ребёнком на руках, прислушиваясь к скрипу половиц и завыванию ветра в печной трубе.
Одиночество и усталость делали своё дело. Грейс заметила, что сама себе кажется чужой. Её реакции становились неожиданными даже для неё самой. То она могла засмеяться без причины, глядя в стену, то вдруг замирала посреди комнаты, будто к чему-то прислушиваясь. Простые домашние дела теперь давались с трудом, мысли путались. Она ловила на себе взгляд в зеркале и не сразу узнавала в бледной женщине с тёмными кругами под глазами ту самую Грейс из Нью-Йорка. Что-то внутри медленно, но неуклонно смещалось, и она уже не могла понять, где заканчивается обычная усталость молодой матери и начинается что-то другое, тёмное и незнакомое.